Дерзить, надерзить
В.В. Виноградов
История слов
Дерзить, надерзить
ДЕРЗИТЬ, НАДЕРЗИТЬ
Исследование народной русской лексики должно включать в себя и вопросы о методах образования новых русских слов от старославянских и церковнославянских основ, о методах скрещения церковнославянских и русских морфологических элементов в лексическом строе разных эпох, о приемах русского переосмысления церковнославянских слов, форм слов и лексических компонентов.
Глаголы дерзить, надерзить, употребляющиеся в стилях разговорной речи, интересны по своему образованию. Они произведены от церковнославянской основы дерз-, которая находится в таких книжных словах, как дерзать – дерзнуть, дерзание, дерзновение, дерзновенный, дерзостный, и в таких общих письменности и разговорному стилю «славянизмах», как дерзкий, дерзость. Являясь отыменными образованиями, глаголы дерзить, надерзить как бы опираются на формы устарелых церковнославянизмов: дерзый, дерзо (то же, что дерзкий; ср. дерзосердие, дерзословить, дерзость и т. п.) (сл. 1867, 1, с. 666–667).
Полную параллель им представляет фамильярный разговорный глагол мерзить (ср. мерзеть), также связанный с церковнославянской основой мерз- (ср. мерзкий, мерзость и т. п.). Этот глагол возник на основе глагола мерзеть (древнерусск. мьрзwѣти), который был широко употребителен уже в языке древнерусской письменности (Срезневский, 2, с. 231).
Однако глаголы дерзить, надерзить гораздо более позднего происхождения97. Они не зарегистрированы словарями русского литературного языка до самого конца XIX в. Их нет ни в академическом словаре 1847 г., ни в словаре В. И. Даля.
Можно думать, что глагол дерзить образовался в среде духовенства и вошел в литературный язык разночинной интеллигенции 60–70-х годов. Кажется, на его образование повлиял глагол грубить.
Н. С. Лесков в романе «На ножах» (ч. 2, гл. 4) воспроизводит такой диалог между нигилистами:
«...да еще нагрубил мне и надерзил.(...)
– (...) Что это за слово ”надерзил“?
– А как же надо сказать?
– ”Наговорил дерзостей“.
– Зачем же два слова вместо одного? Впрочем, ведь вы поняли, так, стало быть, слово хорошо...».
Глаголы дерзить, надерзить, возникшие в разговорной речи разночинно-демократической среды, входят в литературно-книжное употребление в 60-е годы XIX в. и сначала употребляются в языке нигилистов 60-х годов.
Например, у М. А. Антоновича в статье «Редакция ”Современника“ в 1866 г.»: «Если бы они вздумали дерзить и грубить ему и упорно отказываться от сотрудничества, в таком случае Некрасов сказал бы им: ”Не хотите сотрудничать, – ваша воля, прощайте!“» (Антонович, Елисеев, с. 229).
Печатается впервые по сохранившейся в архиве машинописи с авторской правкой (2 стр.) с внесением нескольких необходимых поправок. – В.
Л.
* * *
Чередование основ типа дерзк- / дерз- (т. е. без к после з) наблюдается еще в таких образованиях: узкий – узость (ср. сузить), низкий – низость (ср. унизить), мерзкий – мерзость (ср. мерзить), крепкий – крепость (ср. крепить), близкий – близость (ср. приблизить) и т. п.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Заварить дело
В.В. Виноградов
История слов
Заварить дело
ЗАВАРИТЬ ДЕЛО
Семантическая эволюция слова определяется не только формированием новых контекстов его употребления и – соответственно – его новых смысловых оттенков, но и распадом, видоизменением, переосмыслением или ассоциативным расслоением тех фразеологических единств, которые сложились около этого слова. Сдвиги в области фразеологически замкнутых употреблений слова нередко ведут к образованию новых его значений.
Глагол заварить в современном русском языке имеет два круга значений. Один тесно связан с исконным общеславянским значением корня вар- «кипяток, жар». Это значения: 1) «положить в кипяток, обдать или залить кипятком». «Нервный господин этот сходил за горячей водой и заварил себе чай» (Л. Толстой, 1936, т. 27, с. 8) и 2) техническое: «залить расплавленным металлом пустоты, образовавшиеся при литье в каком-нибудь литом предмете». Оба эти значения – номинативные, свободные. От них отделен другой семантический круг, в пределах которого вращается то же слово заварить. Этот круг очень узок и тесен фразеологически. Сюда относится, в сущности, одно и притом не свободное, фразеологически связанное значение, которое словарем Ушакова формулируется так: «приняться за что-н[ибудь]; начать делать что-н[ибудь] (неприятное, хлопотливое)». Такое употребление глагола заварить квалифицируется как особенность разговорно-фамильярной речи (Ушаков, 1, с. 896). Такое же разговорно-фамильярное значение развилось и в глаголе завариться.
Прежде всего необходимо раскрыть (этого, к сожалению, не делает словарь Ушакова) все фразеологические контексты глагола заварить в этом значении: заварить дело, заварить музыку (ср. «кто заварил всю эту музыку?»), заварить историю, заварить кашу, заварить канитель – вот основной фонд устойчивых сочетаний, в которых реализуется это значение глагола заварить. Понятно, что кроме этих экспрессивных обозначений объекта действия при глаголе заварить возможно и местоименное указание на него (заварил все это и т. п.).
Легко видеть, что здесь все названия объекта действия образуют один, хоть и очень пестрый, ряд экспрессивных синонимов разговорной речи. Это – все экспрессивные заместители метафорического употребления слова каша (ср. расхлебывать кашу). Ср. у Салтыкова-Щедрина в «Господах Головлевых»: «умел кашу заварить – умей её и расхлебывать» У А. П. Чехова в рассказе «Шведская спичка»: «делай, как сам знаешь, а меня избавь... Ты заварил кашу, ты и расхлебывай!» И, действительно, все эти фразеологические сочетания выросли на основе пословицы: заваривши кашу – не жалей масла.
Эта пословица отмечалась при слове заварить еще в словарях Академии Российской (XVIII в. и начала XIX в.). В «Словаре Академии Российской, по азбучному порядку расположенном» под словом заварить, кроме прямого значения «начать варить», приводится лишь прачешный термин заварить белье и пословица заваривши кашу, не жалей масла. Эта пословица, по словам составителей, употребляется «к означению, что начавши важное дело, не должно щадить иждивения или трудов» (сл. АР, 1809, ч. 2, с. 495–496). В «Словаре церковнославянского и русского языка» уже находим, наряду с поговоркой заварил кашу – не жалей масла «начав дело, не жалей трудов или денег», – обособившееся от нее выражение заварить кашу «начать хлопотливое дело» (сл. 1867–1868, 2, с. 11). Ср. у Хераскова:
Хорошую хотел ты кашу заварить.
(Человеконенавистник)
Ср. у Тургенева в «Холостяке»: «Ведь ответственность, можно сказать, на мне лежит: я ведь эту кашу заварил». У Гл. Успенского в очерке «Через пень-колоду. IV. Перестала»: «Да такую кашу заварила, еле-еле я вином судей отпоил, а то бы меня, раба божьего, и выдрали бы да из деревни бы вон выгнали... Вот ведь чего намутила!». Ср. у Лермонтова в «Сашке»:
А дай сойтись, так заварится каша, –
В кулачки, и ...прощай, планета наша.
По-видимому, под влиянием фразы заварить кашу в значении «затеять хлопотливое и неприятное дело» развивается (правда, в довольно узком фразеологическом кругу) переносное значение глагола заварить «затеять что-нибудь» (чаще – неприятное и хлопотливое).
Дальнейшее расширение круга фразовых связей глагола заварить в этом употреблении происходит посредством подстановки «синонимообразных» слов, которые по своим экспрессивным оттенкам и по своему реальному значению могут быть подведены под понятие каши – «хлопотливого и неприятного дела». Понятно, что в каламбурно-ироническом стиле рядом с кашей могли оказаться и другие однородные кушанья. Например, у А. С. Пушкина в письме А. А. Орлову (№ 637): «Даю вам слово, что если они чуть пошевельнутся, то Ф. Косичкин заварит такую кашу или паче кутью, что они ею подавятся» (Пушкин, Переписка, 1908, 2, с. 345).
Но прежде всего синонимической заменой каши оказывается слово дело. Например, у Гоголя в одной из первоначальных редакций повести о капитане Копейкине: «Но, наконец, может быть, испугавшись, сам видя, что дело, так сказать, заварил не на шутку...». Ср. в «Ревизоре» употребление глагола завариться: «Да, нехорошее дело заварилось!» Далее намечается сочетание глагола заварить со словами типа кутерьма, бой, сумятица, суматоха, свадьба, пир и др. У Пушкина в «Пире во время чумы»:
И, заварив пиры да балы,
Восславим царствие Чумы.
Ср. в «Руслане и Людмиле»:
Сошлись, и заварился бой.
У Гоголя в «Женитьбе» (в речи свахи Феклы): «Что? А вот он тот, что знает повести дело! без свахи умеет заварить свадьбу!» Ср. в «Мертвых душах»: «...не будучи в состоянии решить, он ли сошел с ума, чиновники ли потеряли голову, во сне ли все это делается, или наяву заварилась дурь почище сна...». У Писемского в «Тысяче душ»: « [Он] не восхищался окружавшей его природой, в которой тоже, как бы под лад ему, заварилась кутерьма: надвинули со всех сторон облака, и потемнело, как в сумерки». У Тургенева в «Нахлебнике»: « А Галушкин его к суду. Полькин сын туда же... Заварилась каша. Покатили просьбы». У Н. С. Лескова в очерках «Пигмеи»: «Вдруг, знаете, сразу мне все ясно представилось: за какое я непосильное дело взялся... Ругательски себя ругаю, что заварил этакую крупную кашу». В романе «Некуда» (3, гл. 5): «Чорт меня дернул заварить всю эту кашу и взять на себя такую обузу», – думал он, стараясь заснуть и позабыть неприятности своего генеральского поста».
Статья публикуется впервые как композиция из сохранившихся в разрозненном виде фрагментов текста, написанного в разное время. В архиве есть также машинописная копия с авторской правкой. – М. Л.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Дешёвка
В.В. Виноградов
История слов
Дешёвка
ДЕШЁВКА
Границы между разными значениями одного слова и между разными словами исторически подвижны. Слово в своем развитии может расщепиться на омонимы (ср., напр., историю слов двор, свет, правый, лихой и т. п.). И наоборот, нередко омонимы сливаются в одно слово. Многие современные литературные слова представляют собою семантическое объединение слов-омонимов, возникших в разное время от одной основы и с помощью одного и того же суффикса (или с помощью омоморфемных суффиксов).
У таких слов нет непрерывной линии семантического развития. В этих случаях лексема, т. е. слово во всей совокупности его форм и значений, возникает из конгломерата морфологически однотипных омонимов. К числу таких слов принадлежит слово дешёвка.
Разговорное слово дешёвка в современном языке обозначает: 1) «очень низкую, дешевую цену» и 2) «дешевую распродажу товаров». Мало того: 3) в качестве сказуемого, а также в сочетании с местоимением указательным (этот), качественно-указательным (такой) или эмоционально-оценочным определением оно может иметь и более широкое, отвлеченное значение, характеризуя что-нибудь лишенное подлинного глубокого содержания, вкуса, пустое и бесценное, хотя и претендующее на эффект.
Проф. И. А. Бодуэн де Куртенэ, редактируя словарь Даля, отметил в слове дешёвка гораздо больше значений для разговорной русской речи дореволюционной эпохи. Кроме распродажи товаров по уменьшенным ценам, указаны значения: а) «дешевая гостиница» («Я иду в дешевку чайпить»); б) «дешевая газета»; в) «простая, удешевленная водка»; г) «вообще дешевый предмет» (сл. Даля, 1912, с. 1077). Уже на основе этого материала можно заключить, что значение «очень низкая, дешевая цена», не вполне свободное в современном разговорном словоупотреблении, чаще всего проявляющееся или в строго определенных синтаксических условиях или в устойчивых сочетаниях слов, развилось в литературном применении слова дешёвка не ранее последних десятилетий XIX в. Во всяком случае, оно еще не было зарегистрировано ни во 2-м издании словаря Даля, ни в словаре Грота – Шахматова. Любопытно, что и другие составители словарей русского языка в последней четверти XIX в. и даже в начале XX в. не указывают этого значения в слове дешёвка. Так, в Полном филологическом словаре А. И. Орлова (1885) различаются два основных значения слова дешёвка: одно общеразговорное – «то же, что дешевинка, вещь, дешево купленная, предмет дешевой стоимости»; другое, простонародное, – «название хлебного вина» (2, с. 232). Справочный словарь под редакцией А. Н. Чудинова (1901) воспроизводит гротовскую характеристику семантического состава слова дешёвка: «Простая, удешевленная водка; распродажа товаров по дешевым ценам» (1, с. 525).
Не представляет трудностей для объяснения и самый факт возникновения значения «очень низкая, дешевая цена» в слове дешёвка. Дело в том, что дешёвка, как это отмечено уже Далем, было синонимом вышедшего из литературного употребления просторечного слова дешевинка. А в слове дешевинка значение «дешевая вещь, дешевый предмет» легко сочеталось с отвлеченным «дешевизна, дешевая цена» (сл. Даля, 1862, 1, с. 446). К такому расширению значений влек уже и самый суффикс -инк-а (ср. областные слова с отвлеченным значением: дешевизнь или дешевизень, дешевисть, дешеве́нь или де́шевень, а также литературное дешевизна (там же). В мнимом письме купца: «Мы-ста всем Хлыновым вельми тому порадовались, что такая дешевизнь стала у вас в Питере» («Зритель», 1892; цит. по: Русск. сатирич. журналы XVIII в., с. 241). Естественно, что синонимическое уравнение дешёвки с дешевинкой (ср. даровщинка) установило полный параллелизм их семантического строя. Так образовалось значение «очень низкая, дешевая цена» в слове дешёвка, по-видимому, в последней четверти XIX в.
Расширенное применение слова дешёвка ко всему тому, что пусто, лишено содержания, но претендует на известную ценность, основано, без сомнения, на переносе значения «дешевый предмет, дешевая вещь». Это словоупотребление является продуктом самого последнего времени (т. е. XX в.).
Слово дешёвка зарегистрировано лексикографической традицией лишь во второй половине XIX в. Его нет в «Опыте обл. влкр. словаря» (1852). Вместе с тем, оно не указано и в словаре 1847 г. Больше того: Даль первоначально узнал это слово лишь как областной смоленский синоним более употребительного «простонародного» дешевинка в значении «дешевая вещь». Не подлежит сомнению, что слово дешёвка в этом значении представляет собою отыменное образование от основы прилагательного дешёвый (типа: старка – старая «выдержанная водка»; казёнка, светёлка и т. п.). Это значение специализируется прежде всего в применении к удешевленной водке. П. Шейн в своих Дополнениях к сл. Даля отметил среди пропущенных Далем слов: «Дешёвка
– простая удешевленная водка, горелка. Это слово явилось в народе тотчас по снятии откупа (Московск. г.)» (Шейн, с. 14).
Акад. Я. К. Грот уточняет дату появления этого неологизма: «С этим значением слово дешёвка явилось в народе по упразднении системы откупов в 1863 году» (сл. Грота – Шахматова, 1895, 1, с. 1024). Ср. у Л. Н. Трефолева:
Как на улице Варваринской
Спит Касьян, мужик камаринский,
Борода его всклокочена
И дешёвкою подмочена.
(Песня о камаринском мужике)
Историк С. М. Соловьев в своих «Записках» писал о так называемых «реформах» 60-х годов: «...вдруг удешевили водку, которая через это приобрела название скверной памяти в истории русского общества – название дешёвки. Тяжело сказать: появление дешёвки было принято простым народом гораздо с большею радостью, чем освобождение; интерес был ближе; являлась возможность дешево добыть наслаждение опьянения и пользоваться им часто».
У С. Т. Словутинского в «Отрывках из воспоминаний»: «31 декабря 1861 года, с раннего вечера, а может быть, и с раннего утра, вся Москва уже знала, что в эту самую ночь должен окончить свое существование винный откуп. Простой народ очень готовился встретить появление дешёвки (так прозвал он тотчас же продаваемую уже не откупом водку, которая теперь нигде, однако, дешёвкою уже не называется по той простой причине, что и эта водка, как оказывалось на деле, куда как недешево обходится народу): в некоторых местностях он еще с утра начал толпиться вокруг кабаков и «заведений» откупа, где скверное откупное вино распродавалось тогда по ежечасно понижавшимся ценам. Стало быть, откуп при последнем своем издыхании как будто тоже старался о народном веселье» (Словутинский, с. 452–453). «Дешёвка была соблазнительна – тем более, что на первых порах и по качеству своему она была гораздо лучше, чем откупная водка» (там же, с. 456).
В «Дневнике» А. В. Никитенко (под 15 окт. 1864 г.): «Безнаказанность и ”дешёвка“ – вот где семя этой деморализации, которая свирепствует в нашем народе и превращает его в зверя, несмотря на его прекрасные способности и многие хорошие свойства» (Русск. старина, 1891, май, с. 408).
В «Воспоминаниях» В. Н. Карпова о шестидесятых годах XIX столетия: «Однажды, возвращаясь в морозный вечер с Журавлевки со своими художественными принадлежностями, Хамло-Сокира настолько увлекся закатом солнца, превратившего снежную долину в перламутровую сплошную платину (что нередко бывает), что, недолго думая, нашел у какого-то бесконечного плетня безлюдный тихий уголок и уселся набрасывать с натуры эскиз. А чтобы мороз не мешал ему, он поставил возле себя бутылу дешёвки. Долго ли рисовал он – неизвестно. Его нашли замерзшим в сидячем положении. На коленях его стояла шкатулка с картоном и с красками, о-бок его – пустая бутылка из-под дешёвки» (Карпов, с. 237–238). К слову «дешёвка» редактором сделано примечание: «...Дешёвкою в то время называлась водка, купленная в кабаке за городом. Она была крепче городской и дешевле».
Трудно сомневаться в том, что рядом с этим употреблением слова дешёвка возникло и вошло в литературный оборот в 80–90-х годах XIX в. омонимическое слово дешёвка, морфологически тоже как будто восходящее к основе прилагательного дешёвый и предметному суффиксу -ка, но в то же время связанное по значению и с отыменными глаголами дешевить, дешеветь (а следовательно, и с суффиксом отглагольного действия -ка). Оттенок отглагольности у производных существительных, образованных от отыменных глаголов с основой прилагательного и с суффиксом -ка, более рельефно выступает лишь при осложнении именной основы глагольной приставкой, например побелка, закрепка и т. п. или при односложной непроизводной основе с конкретным значением: синька, правка, чистка и др. под.
Понятно, что слово дешёвка в новом значении – «дешёвая распродажа товаров или место такой расродажи» – хотя и было семантически однородно со словами типа выставка, все же сохраняло свой отыменный морфологический тип и, следовательно, стремилось к семантическому слиянию с прежним словом дешёвка (ср. толкучка, ночлежка, толстовка и т. п.).
В новом значении «дешёвая распродажа товаров» слово дешёвка не встречается в языке писателей 40–50 годов, изображавших рынки и торговые места Москвы, например, в языке Загоскина и Кокорева. До 70–80-х годов оно неизвестно было ни Далю, ни А. И. Орлову (Филол. словарь русского яз., 1884–1885). Этого значения слова дешёвка не знал и П. Шейн, отметивший (в 1873 г.) в словаре Даля пропуск дешёвки как народного названия простой водки после отмены откупов. Впервые акад. Грот внес это значение слова дешёвка в словарь 1891–1895 гг. (1, с. 1024).
К началу 90-х годов относится картина В. Е. Маковского «На дешёвке», украденная впоследствии из Третьяковской галереи (Павлов И., с. 41–42).
В романе Д. Н. Мамина-Сибиряка «Хлеб» (1895) слово дешёвка в связи с изображением дешевой распродажи водки употребляется в разных значениях: «Галактион сделал сразу понижение на десять процентов. Весть о дешёвке разнеслась уже по окрестным деревням, и со всех сторон неслись в Суслон крестьянские сани, точно на пожар, – всякому хотелось попробовать дешёвки... Вахрушка... прибежал из Прорыва на дешёвку пешком»; «Слух о
дешёвке стабровки разнесся сейчас же и народ бросился наперебой забирать дешевую водку»; «...темная битком была набита мертвецки-пьяными, подобранными вчера на дешёвке...»; «Дешёвка продолжалась с раннего утра, и народ окончательно сбился с ног. Выпив залпом два стакана стабровки, Вахрушка очухался и даже отплюнулся». Ср.: « – Обознался, миленький. Твой дом остался на дешёвке... Вот туда и ступай, откуда пришел»; « – Что, сынок, барыши считаешь? Так... Прикинь на счетах еще трех мужиков, опившихся до смерти твоею-то дешёвкой»; «Вечером этого дня дешёвка закончилась. Прохоров был сбит и закрыл кабаки под предлогом, что вся водка вышла» (Мамин-Сибиряк 1958, 9, с. 208–212).
Опубликовано вместе со статьями «Роздых», «Голословный», «Советчик», «С пальцем девять, с огурцом – пятнадцать», «Танцовать от печки» под общим названием «Из истории русских слов и выражений» в журнале «Русский язык в школе» ( 1940, № 2). Перепечатано в кн. «Исследования по исторической грамматике и лексикологии» (М., 1990).
В сохранившемся журнальном оттиске есть авторская правка. Сохранились также: 1) машинописный экземпляр (8 стр.) с рукописной авторской правкой; 2) 4 листка с цитатами, вошедшими в машинописный текст, но отсутствующими в публикации; 3) карточка с текстом из «Воспоминаний» В. Н. Карпова, отсутствующим как в машинописном, так и в опубликованном тексте; 4) 3 машинописных экземпляра с цитатой из «Зрителя» 1892 г., также отсутствующей в названных выше текстах.
В опубликованном тексте рукой В. В. Виноградова указаны места, в которые должны быть сделаны вставки, а на трех листках с цитатами им помечено «к стр. 36» (имеется в виду номер страницы печатного текста). Печатается по журнальному оттиску, в который, в соответствующих местах, внесена вся авторская правка, а также выписки из «Воспоминаний» В. Н. Карпова и из журнала «Зритель». – И. У.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Завзятый
В.В. Виноградов
История слов
Завзятый
ЗАВЗЯТЫЙ
В составе лексики русского литературного языка находится некоторое количество украинизмов и белоруссизмов. Эта родственная примесь до сих пор еще не подвергалась тщательному историко-лингвистическому анализу. Разные слои ее не выделены. В некоторых случаях «странность» морфологической структуры славянского слова выдает его невеликорусский тип.
Слово завзятый, свойственное разговорному стилю современной литературной речи, употребляется в значении: «настоящий, истый, страстный, с увлечением предающийся чему-нибудь, отчаянный», напр., завзятый игрок, завзятая сплетница, завзятый спорщик.
Слово завзятый применяется в узком кругу фразеологических сочетаний. Оно является эмоционально-усилительным эпитетом только тех имен существительных, относящихся к категории лица, которые имеют качественно-характеристическое значение, напр., театрал, балетоман, шахматист и т. п.
По своей морфологической структуре слово завзятый кажется причастием от глагола завзять. Но такого глагола нет в русском литературном языке (ср. забрать). Между тем в украинском и белорусском языке соответствующее слово входит в большое лексическое гнездо родственных образований. Например, в «Словаре белорусского наречия» И. И. Носовича находим: «Завзятный, прил. «Гордый, заносчивый, неуступчивый». Якийты завзятный, тобеи слова не скажи. Завзя́то, нареч. «Заносчиво, отважно, гордо». Завзято поступив. Завзятосць, и, с, ж. «Заносчивость, смелость, дерзость». Откульу его такая завзятосць
берецца, штоникого не
боицца.
Завзятый, прил. «Чванный, дерзкий, заносчивый». Завзятому нечего и говориць гетаго. Завзятый
тольки себе
видзиць.Завзяценький, прил. смягч. «Щекотливенький». Завзяценький
норовець.
Завзяцьца, сов. глагола возвр. Забирацьца.– 1) «Почувствовать силу свою». Завзявся, якпобогацев. 2) «Зазнаться, стать дерзким». Завзявся, нос задрав» (Носович, Сл. блр. нареч., с. 162). Ср. украинск. завзятий, завзяття «смелость, упорство, выдержка».
Слово завзятый не было зарегистрировано ни одним словарем русского литературного языка до словаря В. И. Даля. Даль приводит это слово как областное, южное и западное (т. е. как употребительное лишь в народных говорах, близких к украинскому и белорусскому языкам). И значение этого слова, отмеченное Далем, свойственно, главным образом, украинскому и белорусскому языкам: «бойкий, предприимчивый, который постоит за себя» (сл. Даля 1880, 1, с. 576). Украинскому завзятий (ср. украинское завзяття – «смелость, отвага, выдержка, упорство»), белорусскому заўзя́тый соответствует польское zawzity с тем же кругом значений.
В русской литературе слово завзятый впервые появляется в конце XVIII в. – начале XIX в. в языке писателей украинского происхождения – в значении «бесстрашный, отважный, настойчивый, упорный». У В. Т. Нарежного в «Бурсаке»: «Он в жару восторга обещался подготовить еще человек пять, шесть из самых завзятых» [т. е. смелых, отважных. – В. В.] (ч. 4, гл. 9). В повести О. М. Сомова «Гайдамак» (1825 г.): «”Какой завзятый чумак! какой лихой парень, какой статный и пригожий мужчина! какой богатый и тароватый!“, – раздавалось отовсюду» (см. Русск. старина, 1883, т. 39, июль, с. 87). У Гоголя в «Тарасе Бульбе»: «Демид Попович тоже перешел туда, потому что был сильно завзятого нрава козак – не мог долго высидеть на месте» (ч. 8). У Н. И. Костомарова в «Богдане Хмельницком»: «...сам Хмельницкий, проезжая по рядам своих завзятых молодцов, говорил им не длинные речи, а коротко напоминал им, что они воюют за веру» (Костомаров, Богдан Хмельницкий, т. 2, гл. 4).
Влившись в словарь русского литературного языка, слово завзятый расценивается как народно-областное, получает ироническую окраску и расширяет контексты своего употребления. Соответственно новой экспрессии и новому употреблению изменяется и общее значение этого слова. Оно становится в один синонимический ряд с такими словами, как отъявленный, сущий, настоящий121. Например, у Салтыкова-Щедрина: «Все наклонности завзятой приживалки: празднословие, льстивая угодливость ради подачки, прожорливость – росли с изумительной быстротой» («Господа Головлевы»). У Тургенева в «Нови»: «Обхватив по модному большой белый хлеб обеими руками и переламывая его пополам над тарелкой супа, как это делают завзятые парижане в ”Café riche“...» (гл. 14). У Тургенева же в очерке «Пэгаз» (1871): «У меня, как у всякого завзятого охотника, перебывало много собак, дурных, хороших и отличных». У Станюковича в «Омуте»: «С опытностью завзятого дипломата он не показывал и вида, что замечает перемену».
Эти экспрессивно-семантические изменения в употреблении слова завзятый происходили в русском литературном языке с 40–50-х годов XIX в.
Статья опубликована в «Докладах и сообщениях» филологического факультета МГУ, вып. 3 (М., 1947) вместе со статьями о словах никчемный, отщепенец под общим заглавием «Из истории русской литературной лексики. (К вопросу об исторических связях русского, украинского и белорусского языков)». Публикации предпослана вводная часть, в которой сказано: «Языки единой восточно-славянской ветви – русский, украинский, белорусский, связанные между собою тесными братскими отношениями, находились (и находятся) на протяжении всей своей истории в самом близком культурном взаимодействии. Они щедро делились друг с другом культурными достижениями и идейными ценностями. Конечно, сильнее и разнообразнее было, особенно со второй трети XVIII века, влияние русского языка как языка наиболее передового и развитого, на процессы развития и обогащения украинского и белорусского языков. Но и для истории русского языка это живое общение с украинским и белорусским языками было в высшей степени плодотворно. В словарную сокровищницу русского литературного языка внесли свой вклад и украинский и белорусский языки. Вот несколько иллюстраций из истории русской литературной лексики».
В архиве сохранилась рукопись (на 4-х листках ветхой бумаги, написанных в разное время) и старая машинописная копия с авторской правкой. Печатается по оттиску, сверенному с авторской рукописью, с внесением ряда необходимых поправок и уточнений. – М. Л.
* * *
Любопытно, что и в областных народных русских говорах (владимирских, саратовских, устюженских) слово завзятый имеет ту же окраску и то же значение.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Должность
В.В. Виноградов
История слов
Должность
ДОЛЖНОСТЬ
Историко-семантический анализ открывает элементы внутреннего, смыслового «заимствования» или приспособления к чужому языку во многих русских словах, которые не только по внешности ничем не отличаются или от славянизмов, или от исконно русских слов, но и по своему внутреннему содержанию органически связаны с соответствующим русским лексическим рядом.
Таково, напр., слово должность, в котором истоки его современных значений восходят к русскому литературному языку XVIII в. Характерно, что это слово не отмечено в лексиконе Поликарпова ( 1704).
Слово должность в литературном языке XVIII в. имело два значения. Одно – официальное – сохранилось до нашего времени: «служебное место в учреждении или предприятии, связанное с исполнением определенных обязанностей», «отправление служебных обязанностей» (исправлять должность и т. п.). Другое значение соответствовало основному значению слова – «должное, обязанность, долг» (см. сл. АР 1809, 2, с. 162).
Не подлежит сомнению, что на семантику слова должность оказало влияние франц. devoir98. Ср. в журнале «Чтение для вкуса»: «заставляет тебя нарушать все твои должности» (1791, 4, 125); «супруга презирает сии должности» (там же, 1792, 8, 38; ср. Вестник Европы 1803, ч. 8, с. 62; Пр. и полезн. препр. вр. 1794, 4, 111) (ср. Будде, Очерк, с. 75).
Ср. в стихотворениях у Г. Р. Державина в значении «обязанность»: «Вельможей должность» (вариант «долг» (Решемыслу); «...кровь по должности пролить» (Красавцу); «От должностей в часы свободны» (На новый 1781 год).
Понятно, что эти два значения слова должность не могли ужиться одно с другим, и одно из них было вытеснено синонимом обязанность. См. у М. Д. Чулкова в «Наставлении к малолетнему сыну моему вступающему в службу» ( 1788): «...Службу или должность содержать так надобно, доколе ты в оной пробудешь, будто бы ты для одной ее только и на свет произведен» (цит. по: Шкловский, с. 85).
Разные значения слова должность соответствовали многообразию значений слова должный. В этом слове до 20–30-х годов также гораздо ярче выступало значение «обязанный, долженствующий».
Ср. у Пушкина в «Полтаве»:
Он, должный быть отцом и другом
Невинной крестницы своей...
Я. К. Грот, приведя из Фонвизина пример: «Вы должны учтивостью к дамам», заметил: «...при выражении быть должным дополнение в старину ставилось в твор. пад., так что говорилось даже: «быть должным пятью рублями». (...) Оборот: «вы должны учтивостью к дамам» также совершенно вышел из употребления; нынче говорят: «вы должны оказывать дамам учтивость», или еще проще: «вы должны быть учтивы к дамам или с дамами». Употребление прил. должен в значении «обязан чем» равным образом устарело; но у Крылова еще встречается.
... мы свой знатный род ведем от тех Гусей,
Которым некогда был должен Рим спасеньем...
(Крылов, Гуси)
Слово должность в значении «обязанность» выходит из употребления не раньше 20–30-х годов XIX в. Ср. у Грибоедова в «Горе от ума»:
[Молчалин:] ...Как я тебя люблю!
[Лиза:] А барышню?
[Молчалин:] Ее
По должности, тебя...
У Пушкина в письме к Жуковскому(1824 г.): «Пещуров, назначенный за мною смотреть, имел бесстыдство предложить отцу моему должность распечатывать мою переписку...».
В случаях, однородных с семантической историей слова должность, «заимствование» вызывается внутренним, органическим ростом самой семантической системы русского языка. «Заимствование» выступает здесь как результат смешения русской лексической системы с французской, предопределенный законами семантического развития самого русского языка.
Статья ранее не публиковалась. Сохранился выправленный автором и озаглавленный машинописный текст на трех страницах старой бумаги. Печатается по этому тексту. – Е. X.
* * *
См. Dictionnaire de l"Académie française. Paris, 1835. l, pp. 542–543.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Завиральный
В.В. Виноградов
История слов
Завиральный
ЗАВИРАЛЬНЫЙ
В системе языка все слова соотносительны и взаимообусловлены. Но между разными разрядами и сериями слов эта семантическая связь неоднородна и по степени и по качеству. История некоторых слов является как бы зеркальным, иногда перевернутым отражением истории других слов, с ними неразрывно связанных. Так, процесс возникновения и употребления слова завиральный нельзя понять надлежащим образом вне связи с историей слова либеральный на русской почве.
Слово завиральный в русском литературном языке является словом несвободным. Его значение фразеологически связано с очень узким контекстом – завиральными могут быть только идеи. Самый морфологический строй слова завиральный несколько противоречит нормам литературного словообразования. По значению завиральный связано с глаголом завираться. Ср. У Н. А. Некрасова в стихотворении «Недавнее время»:
... – Пробегал я сейчас
Вашу книгу: свободы крестьянства
Вы хотите? На что же тогда
Пригодится вам ваше дворянство?
Завираетесь вы, господа!
Но образования на -льный обычны лишь от переходных глаголов (ср. носильное платье, точильный станок и т. п.).
Все это выдает каламбурную, ярко экспрессивную природу этого слова. Завиральный, конечно, не значит: «ложный, вздорный», как полагает словарь Ушакова (1, с, 901)122. Это определение, прежде всего, не выражает фразеологической замкнутости слова завиральный в пределах устойчивого словосочетания завиральные идеи. Кроме того, завиральный, несомненно, было образно-каламбурным отголоском слова либеральный. Именно эта едко ироническая, презрительная оценка либеральных идей характеризует употребление этого неологизма начала XIX в. в русском языке 10–20-х годов прошлого столетия. В этой экспрессии обнаруживается и социальная идеология той среды, где родилось это слово. Это – среда реакционного дворянства, враждебно относившегося к либеральным веяниям и революционным настроениям передовой интеллигенции в период после Отечественной войны 12 года. Необходимо хотя бы вскользь коснуться условий усвоения русским обществом начала XIX в. слова либеральный. Либеральный восходит к франц. libéral в его политическом применении. Известно, что libéral как термин политического языка отмечается в первый раз в знаменитом воззвании (proclamation) Наполеона от 19 брюмера, – по нашему 13 ноября 1799 г. Затем слово libéral вошло в язык m-mt de Staёl, Benjamin"a Constant"a, Châteaubriand"a123.
В русском языке франц. libéral уже в первом десятилетии XIX в. то передавалось с помощью суффикса -ный формой либеральный, то подвергалось переводу. Предлагалось передавать это слово выражением: свободно мыслящий. Ср. напр. в «Российском музеуме» за 1815 г. замечание: «Известно, какому злоупотреблению подвергалось во время и после революции слово libéral, «свободно мыслящий"» (ч. 4, с. 310). Пушкин придумал слово вольнолюбивый», ср. в оде «Кинжал» (1821):
Но Брут восстал вольнолюбивый...
В послании «Чаадаеву»(1821):
Вольнолюбивые надежды оживим...
В «Евгении Онегине»(2, VI, в характеристике Ленского): «Вольнолюбивые мечты». В письме к Н. И. Гречу (21 сентября 1821 г.) Пушкин комментирует это слово: «Вчера видел я в С.(ыне) О.(течества) мое послание к Ч(аадаев)у, уж эта мне цензура!! Жаль мне, что слово вольнолюбивый ей не нравится, оно так хорошо выражает нынешнее libéral, оно прямо русское, и верно почтенный А. С. Шишков даст ему право гражданства в своем словаре, вместе с шаротыком и с топталищем» (Переписка, Спб., 1906, 1, 35)124.
П. А. Вяземский перевел слово libéral через законно свободный. Н. М. Карамзин (в письме от 8 апреля 1818 г.) возражал: «Libéralité принадлежит к неологизму нашего времени: «я не мастер переводить таких слов. Знаю свободу, из нее можно сделать свободность, если угодно. Libéral в нынешнем смысле свободный; а законно-свободный есть прибавок» (Старина и новизна, 1987, кн. 1, с. 49).
В консервативных кругах слово либеральный было окрашено экспрессией иронии и пренебрежения. П. А. Вяземский так отзывался об И. И. Дмитриеве – поэте и министре: «...иногда и клеймил умствования и притязания заносчивой молодежи шуточным прозванием: завиральных идей». Грибоедов воспользовался этим характеристическим словом в «Горе от ума» (в речи Фамусова; д. 2, явл. 3):
Пожало-ста, при нем не спорь ты вкривь и вкось
И завиральные идеи эти брось.
У Ксен. Полевого в «Записках о жизни и сочинениях Н. А. Полевого»: «Я почитаю необходимым объяснить в этом отношении умоначертание и направление покойного моего брата, потому что некоторые думали видеть в нем какого-то беспокойного человека, крикуна, наполненного завиральными идеями» (Полевой 1934, с. 219). Ср. позднее у Герцена в «Былом и думах»: «Дмитрий Павлович имел все те достоинства, которые высшее начальство ищет в человеке нашего века, без тех недостатков, за которые оно гонит его: образованье, хорошая фамилия, богатство, агрономия и не только отсутствие ”завиральных идей“, но и вообще всяких происшествий в жизни» (ч. 4, гл. 31). У Островского в комедии «Доходное место»: «Вот что я тебе советую в последний раз: укроти немного свой характер, брось завиральные идеи, брось, глупо ведь, служи, как служат все порядочные люди, то есть гляди на жизнь и на службу практически» (д. 1, явл. 9). У Н. С. Лескова в «Захудалом роде»: «...Червев за свои ”завиральные идеи“ послан жить под надзором в Белые берега».
Ср. в «Воспоминаниях В. Н. Никинина» (конца XIX в.): « – Не слыхали ли вы, – спросил я Левицкого, – кто это Щапов и за что его отправили на родину.
– Он профессор и сочинитель, проповедывал какие-то, на казенном наречии, ”завиральные идеи“, – отозвался он, – ну за это его и послали в родные тундры, где глас его будет вопиющим в пустыне» (Русск. старина 1906, октябрь, с. 68). У Салтыкова-Щедрина в «Истории одного города»: «Поворот Грустилова дал либерализму новое направление, которое можно назвать центробежно-центростремительно-неисповедимо завиральным» (гл. 3).
Опубликовано вместе со статьями о словах пошлый, неудачник, крепостник, гвоздь (гвоздь чего-нибудь: гвоздь сезона, гвоздь выставки) под общим названием «Из истории русской литературной лексики» в Ученых записках МГПИ им. В. И. Ленина (т. 42, каф. русск. яз.; М., 1947). В архиве сохранилась машинописная копия с авторской правкой и рукопись на 6 листках ветхой бумаги, написанных в разное время разными чернилами и карандашом. Здесь печатается по оттиску, сверенному по авторской рукописи, с внесением ряда необходимых поправок и уточнений. – М.
Л.
* * *
Ср. в словаре Грота – Шахматова: «В чем много лжи, врак, вздору, нескладицы» (1899, т. 2, вып. 3, с. 803).
См. Dictionnaire étymologique de la langue française par Oscar Bloch, т. 2, 1932, p. 14. Cp. Max / Frei. Les transformatoins du vocabulaire français l"époque de la révolution (1789 – 1794). Paris, 1925, pp. 135 – 136.
Ср. о слове либерал в доносе Ф. Булгарина (Модзалевский, с. 20).
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Доморощенный
В.В. Виноградов
История слов
Доморощенный
ДОМОРОЩЕННЫЙ
Слово доморощенный унаследовано русским литературным языком XVIII в. от предшествующей традиции. Это слово относилось к области хозяйства. Оно обозначало «выращенный, вскормленный дома; родившийся в доме» и обычно применялось к животным. Например, доморощенные утки (сл. 1867–1868, т. 1, ч. 2, с. 728). У Тургенева в рассказе «Постоялый двор»: «Помещичья карета, запряженная шестериком доморощенных лошадей».
Ср. близкое по значению домоделанный: «Недавно заведенное на новый лад хозяйство скрипело, как немазанное колесо, трещало, как домоделанная мебель из сырого дерева» (Тургенев «Отцы и дети»).
В словаре Грота – Шахматова переносное значение слова доморощенный определяется так: «не отличающийся достоинством, дешевый» (1895, 1, с. 1108).
Переносное употребление слова доморощенный развивается в начале XIX в. Современники отметили остроту и необычность такого метафорического переосмысления в комедии А. А. Шаховского «Полубарские затеи». В «Литературных листках» за 1824 г. (№ 7, с. 281, раздел «Литературные новости, замечания и проч.») читаем: «Остроумие... состоит в переводе французской фразы le patriotisme rechaufé (”подогретого патриотизма“) и в заимствовании из комедии кн. А. А. Шаховского «Полубарские затеи» слова доморощенный... В комедии говорится об Арапах доморощенных; это на своем месте весьма остро и забавно; но доморощенная книга ничего не значит. Гораздо приличнее было бы сказать о доморощенных сочинителях, поэтах, издателях и т. п.».
Ср. у А. С. Кайсарова в письме К. Я. Булгакову (от 27/15 сентября 1804 г.): «... нас, кажется, бог и так не обидел, и без Бароцци и прочих наемников есть у нас и своих доморощенных соотечественников, которые нас хорошо очень рекомендуют во всех углах Европы» (Тургенев А., Письма, с. 38). Ср. также у А. И. Тургенева в письме Булгакову (от 18 января 1837 г.): «Вчера праздновали мы столетнее бытие княгини Нат. Петр., не танцовали, но съезд был довольно многолюдный. Несколько генераций теснились вокруг прапрабабки; розы доморощенные увивались вокруг векового дуба» (там же, с. 207).
У И. С. Тургенева в рассказе «Малиновая вода»: «Вся губерния съезжалась у него, плясала и веселилась на славу, при оглушительном громе доморощенной музыки». У Герцена в повести «Кто виноват»: «Между разными бумагами покойного агронома она нашла вексель, данный ему содержательницей какого-то пансиона в Москве, списалась с нею, но, видя, что деньги мудрено выручить, она уговорила ее принять к себе трех-четырех дворовых девочек, предполагая из них сделать гувернанток для своих дочерей или для посторонних. Через несколько лет возвратились доморощенные гувернантки к барыне с громким аттестатом...».
Заметка ранее не публиковалась. Сохранились рукописные фрагменты (на 6 листках разного формата), здесь скомпонованные в единый текст. В архиве есть следующая выписка:
Разговор с вятским полицмейстером:
«... он велел им закатить на две трубки...
– Позвольте, – спросил я, перебивая похвальное слово великому полицмейстеру, – что же это значит: на две трубки?
– Это так у нас, домашнее выражение. Скучно, знаете, при наказании, ну, так велишь сечь да и куришь трубку; обыкновенно к концу трубки и наказанию конец; ну, а в экстренных случаях велишь иной раз и на две трубки угостить приятеля. Полицейские привычны, знают, примерно, сколько» (Герцен «Былое и думы», ч. 2, гл. 15). – В. Л.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Зависеть
В.В. Виноградов
История слов
Зависеть
ЗАВИСЕТЬ
В истории некоторых русских слов наблюдается поразительный семантический параллелизм в ходе изменения значений с эквивалентными словами западноевропейских языков. Иногда общность заметна и в морфематической структуре таких слов. В некоторых случаях можно установить и прямую смысловую связь и соотносительность русского слова с его западноевропейскими эквивалентами. Тем не менее о калькировании полном или частичном во многих из таких примеров не может быть и речи.
Слово зависеть распространилось в русском литературном языке не ранее начала XVIII в. Старое ударение (на предпоследнем слоге; ср. ви́селица, ви́сельник), морфологическая изолированность этого слова, независимость (от префиксального осложнения) его видового употребления, своеобразие его значения – все это как будто намекает на давний отрыв слова зави́сеть от гнезда висе́ть и производных (ср. чеш. záviseti).
Так как глагол висеть в древнерусских памятниках обычно имеет ударение на корневом элементе (ви́сеть и т. п.125, ср. ви́селица и укр. ви́сiти), то, надо думать, зависеть со своим старым ударением рано подверглось деэтимологизации и отделилось от других морфологических серий слов, связанных с корнем вис- (висеть, висячий и т. д.). Между тем глагол зави́сеть неизвестен в древнерусской письменности. Больше того: нельзя найти следов его употребления в русском письменном языке до конца XVII – начала XVIII в. При таких обстоятельствах невольно возникает подозрение, не возник ли и не распространился ли глагол зависеть в русском литературном языке под влиянием западнорусского языка (украинского) или западнославянских языков. Современному польскому литературному языку слово zawisieć неизвестно. Родственные русскому глаголу образования отыскиваются лишь в украинском – зависiти, чешском – záviseti и болгарском – зави́ся (см. сл. Грота – Шахматова 1899, т. 2, вып. 3, с. 809–810).
В русских народных говорах слово зависеть мало распространено и, можно думать, укрепляется в них под влиянием литературного языка (сл. Даля 1880, 1, с. 577)126. Слово зависеть в его современных значениях сформировалось поздно и нашло себе твердую почву лишь в пределах литературно-книжного языка XVIII в. Как будто возможно поставить его в связь с укр. зависiти. Однако само это украинское слово тоже нуждается в объяснении (ср. укр. зависимий). Тем более, что пока нет вполне надежных оснований признать укр. зависiти старинным народным словом. Не укоренилось ли это слово в украинском языке под влиянием русского или западнославянских языков?
Слово зависеть по своему морфологическому строю и по своим значениям представляется соотносительным с нем. abhängen и франц. dépendre. В глаголе abhängen, наряду с прямым конкретным значением «свисать, висеть в некотором расстоянии от чего-нибудь», также с XVIII в. развилось переносное отвлеченное «быть подчиненным чьей-нибудь воле, находиться в чьей-нибудь воле, власти, зависеть». На почве этого переносного значения в немецком языке выросла цепь производных слов: abhängig «зависящий, зависимый, подвластный», unabhängig «независимый», die Abhängigkeit «зависимость» (или как переводилось в русско-немецких словарях XVIII в. «зависительность»), Unabhängigkeit «независимость» (см. Аделунг, Полн. лекс., ч. 1, с. 13; ч. 2, с. 722–723). Все эти слова находят себе соответствие в русских словах зависимый, зависимость, независимый, независимость. Между тем в самом немецком языке глагол abhängen до XVIII в. употреблялся только в значении «свисать» (herabhängen). Новое отвлеченное значение «зависеть» развивается в нем под влиянием французского dépendre (ср.: Это зависит от обстоятельств – Cela dépend des circonstances; Я ни от кого не завишу – Je ne dépends de personne; Урожай хлеба зависит от дождей – La récolte des blés dépend des pluies). Ср. (dépendance– «зависимость», dépendant – «зависимый»).
В самом же французском глаголе dépendre значение «находиться под властью кого-нибудь, быть зависимым от кого-нибудь» сложилось только в XVI столетии (Bloch, 1, с. 211–212).
Показательно, что в «Немецко-латинском и русском лексиконе» 1731 г. слово зависеть встречается лишь в переводе примера на употребление глагола stehen: «es stehtihm das Leben, Haab und Gut darauf, agitur de ejus capite, salute, fortunis omnibus, в том живот и имение его зависит, чрез то может живота и имения своего лишен быть» (с. 602). Нем. abhängig, clivosus здесь переводится через «навислый, наклонный» (с. 6). В связи с этим можно отметить, что глагола зависеть нет в «Лексиконе треязычном» Ф. Поликарпова (1704). В «Географии генеральной» (1718): «Страшно бо есть, аще человек грамотный и ученый не увесть солнечного обхождения, понеже вся на нем времена года дни и ночи ина зависят» (с. 372).
Таким образом, хотя и приблизительно, но устанавливается более точно время распространения слова зависеть в русском литературном языке: не позже 10–20-х годов XVIII в. В «Лексиконе российском и французском, в котором находятся почти все Российские слова по порядку Российского алфавита» 1762 г. уже помещено слово зависеть в соответствии франц. dépendre и приведены такие фразы официально-светского и делового стиля: «Ето зависит от вашего учтивства – Cela dépend de votre civilité Сие зависит от вашего произволения – Cela dépend de votre bonne volonté» (с. 202).
Следовательно, глагол зависеть в 50–60-х годах XVIII в. вошел в очень широкий литературно-бытовой и официально-деловой речевой обиход. Однако трудно в зависеть признать прямое калькированное воспроизведение франц. dépend или нем. abhängen. Ведь между приставками – русской за-, франц. de-, нем. ab-– прямого смыслового параллелизма нет (ср. déflexion – «отклонение (световых лучей)», dérouler – «развертывать», développer – «развертывать, раздвигать» и т. п.). Кроме того, если бы зависеть возникло как непосредственный калькированный перевод немецкого abhängen или франц. dépend, то по крайней мере в русском литературном языке XVIII в. в этом слове выделялись бы его морфологические части за-висеть и ударение находилось бы на -висе́ть (ср. висе́ть, повисе́ть, провисе́ть и т. п.). Правда, нельзя признать случайным, что то же сплетение значений, что и в немецком abhängen, наблюдается и в глаголе зависать (укр. зависати, польск. zawisać, который известен областным народным говорам в значении «свешиваться, висеть позади чего-нибудь, на чем-нибудь» («Хмель зависает на
згороде.» Псков. (И. Евсеев). Во всяком случае, полон глубокого интереса тот факт, что в языке А. П. Сумарокова в значении «зависеть» употребляется глагол зависать (зави́сать?): «От того креста зависало все мое благополучие, а от етова оно зависать не будет» (Сумароков 1787, ч. 5, с. 6); «...ум от знатности зависает...» (ч. 5, с. 55); «...будучи зависаема от дяди...» (там же, с. 54; ср. также ч. 5, с. 15, 73).
Конечно, можно было бы предположить, что форма зависеть появилась в приказно-деловой речи начала XVIII в. внутренним путем как соотносительная с зависнуть (ср. польск. zawisnać). В «Словаре польского языка» Линде отмечены такие польские глагольные слова и некоторые производные от них: «zawisnoć, zawisłość, zawisać, zawisnać od kogo, dependować od niego, być w zawisłosci, zeleżeł» (Linde, 6, с. 946–947).
Например, в «Материалах для истории имп. Академии Наук» (т. 1, СПб., 1885): «Оная состоять будеть из 3 классов, изъ которыхъ производиться будутъ: Въ первомъ – всѣ науки математическiя и которыя отъ оныхъ зависнутъ. Во второмъ – всѣ части физики. Въ третьемъ – литере, гуманiоресъ, гисторiа, право натуры и народовъ» (т. 1, с. 22–23, 1724). Необходимо отметить своеобразный пример употребления прошедшего времени – зависл (от зависнуть; ср. польск. zawinać в «Артаксерксове действе» (1672 г., л. 71 об.): «О гордость, скоропогибел[ь]ная сень! Не могл есмь удовол[ь]ствоватися всемирною честию! Гордостью ж[е] и дерзостью ныне же зависл есм[ь] междоу честию и бесчестием!» (Артаксерксово действие, с. 274). Но вероятнее предполагать, что зависеть – литературное заимствование конца XVII – начала XVIII в. из украинского языка. А в украинский язык это слово проникло из западнославянских языков. Первоначально это было слово официально-деловой и ученокнижной речи. В нем наметилось еще в XVIII в. два оттенка значения: 1) «находиться во чьей-нибудь власти, воле, в зависимости от кого-нибудь, чего-нибудь»; 2) «быть обусловленным чем-нибудь, быть следствием какой-нибудь причины» (см. сл. АР; сл. 1867, 2, с. 15; сл. Даля 1880, 1, с. 557).
Вот несколько иллюстраций из памятников русского языка начала XVIII в.: «Рижскiй оберъ-комендантъ Полонскiй, 19 ноября, донесъ, что въ Рижскомъ, Дiамент-Шанскомъ и въ Перновскомъ гварнизонахъ при артиллерiи въ нѣкоторыхъ припасах превеликая нужда зависитъ, а взять ихъ тамо не откуда...» (1713 г.) (цит. по: Воскресенский, 1, с. 493); «... каждому особлiвои секретарь позволяется имѣть, которои токмо отъ своего презiдента и его указовъ завiсiтъ, а до Коллегiевъ дѣло не имѣетъ» (1720 г.) (Доклады и приговоры в Сенате, 1887, т. 3, кн. 1, с. 34–35).
В «Архиве князя Ф. А. Куракина»: «Топерь надлежитъ предусматриватъ, въ состоянiи ль будемъ учинить, чтобъ такъ сильнымъ быть противу флоту агленскаго на морѣ, отъ чего всѣ операцiи военныя зависятъ противу Швецiи» («Записки кн. Б. И. Куракина о войне и мире», 1720, с. 343). Там же: «И въ томъ сiе безсоюзство всегда зависатъ, чтобъ корону... къ перелому правъ и вольности королевства не допустить» (т. 3, «Мемуары», 1710–1711, с. 275). Ср. также «Генеральный регламент, или Устав» (Генеральн. регламент, с. 16).
В «Походном журнале 1722 г.» (СПб., 1855): «А паженыя сваи нынѣшнею зимою въ верху на берегу Волги выпазить и шипы сдѣлать, и чтобъ особливой человѣкъ былъ при томъ, дабы не перепортили, понеже дѣло плотины все на томъ зависитъ; а весною чтобъ, какъ рѣкою, такъ моремъ, вести ихъ въ судахъ...» (1722, с. 191). В книге Д. Кантемира «Книга Систима, или Состояние мухаммеданския религии» (СПб., 1722): «...Фарзъ бо знаменуетъ, сѣченое... Паки знаменуетъ, что лiбо въ законѣдругаго, или должности завïсïть, якоже канонъ, оброкъ, и тому подобное» (Кантемир, Книга систима, с. 53). В книге «История королевы Ильдежерты Норвежской» (П. О. Чехочева, рукоп. БАН, 24.5.23, Сп. 1759 г.): «И министры собравшись королю представляли: ежели ево в-во изволить отказать супружество принцессы шведской, то у шведов войско готово и не можно без отмщения пробыть, в чем зависит интерес государства» (71 об.). Во «Флориновой економии» (1775): «Но понеже сие [время пашни. – В. В.]от доброй погоды, а особливо от обыкновения и примет каждой земли зависит; того ради предаем мы оное в волю эконома...» (Флор, Економия, кн. 3, гл. 8, с. 151). У А. Т. Болотова в «Памятной книжке, или Собрании различных нравоучительных правил» (1761 г., рукоп. БАН): «Будет ли когда время чтоб ты опамятовался; и так жить перестал, как бы ни от кого не зависил, а над тобою ни бога ни повелителя, ни законов не было» (с. 1); «Сим вопросам надлежит первым твоим делом быть, которые не только обстоятельно узнать, но и всегда из памяти не выпускать должно, ибо от них все наше благополучие зависить» (с. 3).
Самые ранние примеры употребления глагола зависеть отмечены в «Письмах и бумагах имп. Петра Великого» под 1705 г. (т. 3): «... дабы... помыслилъ, коимъ образомъ и въ которомъ мѣстѣ могутъ съ его царскимъ величествомъ соединитися, и для согласiя верную особу... прислать, ибо на томъ все зависитъ, дабы всякъ зналъ, что съ которой стороны чинить надлежитъ» (с. 749); «болшая в здѣшнихъ предѣлехъ зависитъ нынѣ нужда в конницѣ, которая въ непрестанныхъ всюды бываетъ посылкахъ, и провiантъ выбираютъ вездѣони...» (с. 773).
Показательно, что самые старые примеры на употребление глагола зависеть извлекаются из памятников делового языка. Здесь же постепенно выкристаллизовываются типические формы сочетаемости этого глагола.
Ср. в «Полном Собрании Законов Росс. империи»(1786 г., № 16333): «Всем монашеским орденам римской веры зависеть единственно от архиепископа Могилевского» (Полн. собр. законов, 22, с. 538). Сочетаемость с предлогом от – зависеть от кого-чего подчеркивается «Российским Целлариусом» 1771 г. (с. 54).
В татищевских «Кратких экономических записках» (Общества ист. и древностей российских, 1852): «... весь домъ от добраго его смотрѣнiя зависит...» (Татищев, Эконом. зап., с. 31). В «Лексиконе Российском историческом, географическом, политическом и гражданском», сочиненном В. Н. Татищевым (1793): «Канцлер, чин главный в штатских... в его правлении зависит государственная канцелярия, или коллегия иностранных дел, в которой он презыдует...» (Татищев, 1793, ч. 3, с. 152). В «Должности архитектурной экспедиции» (опубл. в «Архитектурн. архиве», М., 1946): «... к тому же и всего государства зависит в том интерес, что денги на такую тленную вещ в чюжие краи выходить не будут...» (т. 1, с. 64).
Уже к концу XVIII в. глагол зависеть глубоко проникает в общую норму среднего стиля. В «Словаре Академии Российской» читаем: «Завишу, висишь, висел, висеть, гл. ср. 1) Начало бытию своему или действию от кого или чего имею, заимствую. Зрелость плодов зависит от солнца.Окончание сего дела не от меня зависит. 2) Нахожуся в подчиненности, во власти у кого; принадлежу кому. Дети зависят от своих родителей. Слуги от своих господ зависят». Ср. «Зависимость, сти. с. ж. 1) Относительность, принадлежность вещи, заимствующей от кого или от чего свое существование или действие. 3) Подчиненность, подвластность. Слуги состоят в зависимости своих господ»;«Зависимый, мая, мое. прил. 1) Существованием, или действием своим одолженный, обязанный другому. 2) Подчиненный чьей власти; тот, который находится в зависимости у кого. Зависимый человек» (сл. АР 1789, ч. 1, с. 725–726).
В «Горе от ума» А. С. Грибоедова при печатании отрывков из него в альманахе «Русская Талия» 1825 г. реплика Молчалина «Ведь надобно ж зависеть от других» была заменена словами: «Ведь надобно ж других иметь в виду» (см. Пиксанов, с. 142, 143). У Пушкина во введении к «Путешествию Евгения Онегина»: «От него зависело означить сию выпущенную главу точками или цифром...». В «Капитанской дочке»: «Марья Ивановна отвечала, что вся будущая судьба ее зависит от этого путешествия, что она едет искать покровительства и помощи у сильных людей...». У Пушкина же встречается и грамматическое значение глагола зависеть: «Но если действ(ительный) глагол зависит не от отрицательной частицы, но от другой части речи, управляемой оною частицею, то он требует падежа винительного» (сл. Пушкина, 2, с. 27). У В. А. Жуковского в «Орлеанской деве»:
Покорствовать; жить милостью вассалов;
От грубой их надменности зависеть –
Вот бедствие, вот жребий нестерпимый.
У А. С. Грибоедова в пьесе «Студент»: «Боже мой! как тяжко зависеть от таких людей, которые за свои благодеяния располагают вами, как собственностию!».
В новом академическом «Словаре современного русского литературного языка» иллюстрации на употребление глагола зависеть берутся из русской литературы XIX в. (БАС, 4, с. 301). Например, У Пушкина зависеть уже не носит на себе отпечатка книжности. Оно встречается и в стилях разговорной речи: «Я, который не хотел зависеть от отца, – я стал зависим от чужого...» («Сцены из рыцарских времен»). В «Капитанской дочке»: «... счастие всей моей жизни зависит от тебя». В лирический стиль Пушкина слово зависеть попадает лишь с середины 20-х годов:
Зависеть от властей, зависеть от народа –
Не все ли нам равно?
(Из
Пиндемонти)
Это говорит о том, что слово зависеть сначала относилось преимущественно к сфере прозаической речи.
У М. Ю. Лермонтова в «Княгине Лиговской»: «... от первого впечатления зависело все остальное». У С. Т. Аксакова в «Семейной хронике»: «... потеря искренности в супружестве, особенно в лице второстепенном, всегда несколько зависящем от главного лица, ведет прямою дорогою к нарушению семейного счастия».
В XIX в. слово зависеть входит в терминологию разных наук. Так, в русской грамматике оно обозначает «находиться в синтаксическом подчинении». В этом значении зависеть встречается в учебнике русской грамматики П. М. Перевлесского, в «Исторической грамматике» Ф. И. Буслаева. В математике, физике и других науках негуманитарного цикла зависеть применяется в значении «определяться другим явлением, другой величиною».
Слово зависимость также не встречается в памятниках ранее XVIII в. Оно обозначает «состояние зависящего, нахождение под чьей-либо властью, в чьей-нибудь воле». Например, в «Полном собрании законов» (1786 г., № 16333): «...зависимость от какой-либо духовной власти, вне империи ея величества пребывающей» (Полн. собр. законов, 22, с. 538). У М. Н. Муравьева в статье «Соединение удельных княжеств»: «Все государственные чиновники пришли в его (Годунова) зависимость». У А. С. Пушкина в письме к жене: «Зависимость жизни семейственной делает человека более нравственным». Ср. в «Пиковой даме»: «... а кому и знать горечь зависимости, как не бедной воспитаннице знатной старухи?» У С. Т. Аксакова в «Семейной хронике»: «... мысль оставить умирающего старика в полную зависимость негодяя Калмыка и других слуг долго не входила ей в голову».
Любопытно указание академического «Словаря русского языка» на то, что в XVIII в. зависимость под влиянием французского dépendance употреблялось и в значении «то, что зависит от чего-н.» Например, в «Полном собрании законов», в акте отречения польского короля Станислава-Августа (1797 г., № 17736): «... мы добровольно и охотно отрицаемся от всех без изъятия Нам принадлежавших по званию Нашему прав, от короны Польской, от Великого княжества Литовского и от всех их зависимостей» (Полн. собр. законов, 24, с. 285).
Выражение принять зависящие меры, сделать зависящие распоряжения, по независящим от кого-нибудь обстоятельствам и до сих пор носят яркий отпечаток канцелярского стиля. Ср. у Л. Толстого в романе «Анна Каренина»: «Вообще он скажет,... что он не может отпустить меня, но примет зависящие от него меры остановить скандал»
Опубликовано под названием «III. История слова зависеть» в составе статьи «Историко-этимологические заметки. IV» вместе с заметками «I. Кутить. II. История слова транжирить. IV. Возникновение и развитие слова сословие» в сб. «Этимология. 1966» (М., 1968). Печатается по публикации, сверенной с сохранившейся рукописью. – И. У.
* * *
См.: Васильев Л. Л. О значении каморы в некоторых древнерусских памятниках XVI – XVII вв. // Сб. по русск. яз. и словесности. Т. 1, вып. 2. Л., 1929. С. 102.
В сл. Грота – Шахматова для характеристики простонародного употребления глагола зависеть приведена лишь цитата из речи крестьян в «Плодах просвещения» Л. Толстого: «Дело у нас, почтенный, зависит, примерно, вот в чем: предлегал он нам летось рассрочить. Мир на то и взошел мнением и нас вполномочил...». Это – типичная речь «бывалого человека» из народа, криво и искаженно имитирующая литературный язык.
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3
Допотопный
В.В. Виноградов
История слов
Допотопный
ДОПОТОПНЫЙ
Есть слова, которые по своему морфологическому облику могли бы быть признаны исконно русскими, но с которыми неразрывно срослись церковно-библейские образы и представления. Таким является слово потоп и произведенное от него имя прилагательное допотопный. В древнерусском языке, наряду с книжным словом потоп, была в употреблении и народная форма потопь (ср. топь), которой обозначалось вообще наводнение, половодье – в отличие от Всемирного потопа (великого наводнения).
Слово допотопный возникло в русском книжном языке XVIII в. При той тесной связи, которая еще существовала между богословием и русской наукой XVIII в., выражение допотопный легко могло приобрести терминологическое значение.
Допотопный обозначало «существовавший до Всемирного потопа, о котором говорит Библия». Напр.: допотопная религия (церк.), допотопные животные. В таком значении слово допотопный употребляется до 30–40-х гг. XIX в. (см. сл. 1867–1868, 1, с. 739; сл. Даля 1880, 1, с. 484).
Около этого времени стало распространяться употребление слова допотопный с экспрессией шутки или иронии в смысле «очень древний» в разнообразных контекстах. Так, у Лермонтова в «Валерике»:
Над допотопными лесами
Мелькали маяки кругом...
В пьесе И. И. Лажечникова «Вся беда от стыда»:
«Ипполитов. Во-первых, Натали, хоть и называет Виталину «maman», не дочь ея.
Сергей Петрович. Допотопная новость! В первый день знакомства с их домом я узнал это».
Ап. Григорьев в критической статье о Лажечникове (Русское слово, 1859, № 3, с. 27) иронически придал слову допотопный более острый, общественный смысл: «устарелый, отсталый до невозможности, до крайнего предела; архаически-старомодный». По словам Ап. Григорьева, манера Лажечникова служит «полнейшим оправданием мысли о допотопных организациях в мире искусства». Выражение Аполлона Григорьева было подхвачено «Свистком» Н. А. Добролюбова: «Просим читателей самих вдуматься в необычайное открытие о значении Лажечникова до потопа» (цит. по: Шелгунов, Воспоминания, 1891, 2, с. 703).
О новом значении слова допотопный как продукте творчества Ап. Григорьева, писал А. Галахов в 1877 г. (в заметке по поводу «Сочинений Ап. Григорьева» в издании Н. Н. Страхова). Отмечая «своеобычность» стиля Григорьева, критик замечал: «Недоумение увеличивалось сверх того новыми терминами, каковы, например: веяние вместо влияние, заложение вместо задаток99, поэзия растительная, то есть, безличное, народное творчество, в противоположность творчеству личному, искусственному, допотопные таланты или таланты допотопных формаций, в силу чего Полежаев и Марлинский суть допотопные образования в отношении к Лермонтову, а Лажечников есть допотопное образование в отношении к Островскому. Новая терминология могла соответствовать понятию автора, но было бы лучше заменить ее другою и тем не давать поводов к журнальному глумлению, которое заключило, что Лажечников, Полежаев и Марлинский – если верить Григорьеву – существовали до потопа» (ЖМНП, ч. 189, 1877, с. 117).
У И. С. Тургенева в «Литературных и житейских воспоминаниях»: «Плетнев стал было просить Кольцова прочесть свою последнюю ”думу“ (чуть ли не ”Божий мир“); но тот чрезвычайно сконфузился и принял такой растерянный вид, что Петр Александрович не настаивал. Повторяю еще раз: на всей нашей беседе лежал оттенок скромности и смирения; она происходила в те времена, которые покойный Аполлон Григорьев прозвал допотопными».
Таким образом: контексты переносного употребления слова допотопный все расширяются. С именем Ап. Григорьева связан лишь более резкий поворот в экспрессивно-переносном употреблении этого слова.
Ср. у В. С. Курочкина в стихотворении «Общий знакомый»:
...Допотопным каламбуром
Насмешит до слез...
У А. С. Суворина (Незнакомца) в очерках «На бирже и у господ плутократов» (Очерки и картинки, кн. 1, с. 77): «Читатели сами могут оценить эту допотопную аргументацию в пользу устранения действительного контроля».
Статья ранее не публиковалась. Печатается по машинописи с авторской правкой (4 стр.), сверенной и уточненной по рукописи (8 страниц разного формата). – В. Л.
* * *
Ср. тут же: «Но с другой стороны, в уме и чувстве г-на Григорьева было заложено (выражаясь его словцом) и такое свойство, которое много вредило ему в жизни и нередко сбивало его с прямого пути в критике. Это свойство заключалось в порывистости, эксцентричности увлечений» (с. 116).
История слов : Ок.1500 слов и выражений и более 5000 слов, с ними связ. / В. В. Виноградов; Рос. акад. наук. Отд-ние лит. и яз. Науч. совет "Рус. яз.". Ин-т рус. яз. им. В. В. Виноградова. - М., 1999. - 1138 с. ISBN 5-88744-033-3